Вечер нежный. Сумрак важный.
Гул за гулом. Вал за валом.
И в лицо нам ветер влажный

Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.

Ты вернулся сюда, так глотай же скорей

Я вздрагиваю от холода,-
Мне хочется онеметь!
А в небе танцует золото,

Как кони медленно ступают,
Как мало в фонарях огня!
Чужие люди, верно, знают,

Еще не умер ты, еще ты не один,
Покуда с нищенкой-подругой
Ты наслаждаешься величием равнин

Нежнее нежного 
Лицо твое, 
Белее белого 

Императорский виссон 
И моторов колесницы,-- 
В черном омуте столицы 

Природа - тот же Рим и отразилась в нем.
Мы видим образы его гражданской мощи
В прозрачном воздухе, как в цирке голубом,

Я скажу тебе с последней 
Прямотой: 
Все лишь бредни — шерри-бренди,-- 

Сусальным золотом горят
В лесах рождественские елки,
В кустах игрушечные волки

Я вижу каменное небо
Над тусклой паутиной вод.
В тисках постылого Эреба

Только детские книги читать,
Только детские думы лелеять,
Все большое далеко развеять,

Мы сегодня увидали 
Городок внутри рояля. 
Целый город костяной, 

Образ твой, мучительный и зыбкий,
Я не мог в тумане осязать.
"Господи!"- сказал я по ошибке,

Дано мне тело - что мне делать с ним,
Таким единым и таким моим?

За радость тихую дышать и жить

Куда мне деться в этом январе? 
Открытый город сумасбродно цепок... 
От замкнутых я, что ли, пьян дверей? -- 

Твоим узким плечам под бичами краснеть, 
Под бичами краснеть, на морозе гореть. 

За гремучую доблесть грядущих веков,
За высокое племя людей
Я лишился и чаши на пире отцов,

Мы с тобой на кухне посидим, 
Сладко пахнет белый керосин; 

Это какая улица?
Улица Мандельштама.
Что за фамилия чертова -