Прозвучало над ясной рекою,
Прозвенело в померкшем лугу,
Прокатилось над рощей немою,

Я покинул родимый дом,
Голубую оставил Русь.
В три звезды березняк над прудом

Я помню спальню и лампадку.
Игрушки, теплую кроватку
И милый, кроткий голос твой:

Разбуди меня завтра рано,
О моя терпеливая мать!
Я пойду за дорожным курганом

Глупую куклу со стула 
Я подняла и одела. 
Куклу я на пол швырнула: 

Мама! глянь-ка из окошка —
Знать, вчера недаром кошка
Умывала нос:

Ты жива еще, моя старушка?
Жив и я. Привет тебе, привет!
Пусть струится над твоей избушкой

Всё хожу, всё думаю, смотрю:
«Что ж я завтра маме подарю?
Может куклу? Может быть конфет?»

Вечер, как сажа,
Льется в окно.
Белая пряжа

Кто на лавочке сидел,
Кто на улицу глядел,
Толя пел,

Когда ты была во мне точкой
(отец твой тогда настаивал),
мы думали о тебе, дочка,—

Простись со мною, мать моя,
Я умираю, гибну я!
Больную скорбь в груди храня,

Не каждый умеет петь,
Не каждому дано яблоком
Падать к чужим ногам.

Сестре Шуре

Я красивых таких не видел,

Друг, посмотри, как в равнине небесной
Дымные тучки плывут под луной,
Видишь, прорезал эфир бестелесный

Как много забвением темным
Из сердца навек унеслось!
Печальные губы мы помним

Мама, так тебя люблю,
Что не знаю прямо!
Я большому кораблю

По-осеннему кычет сова
Над раздольем дорожной рани.
Облетает моя голова,

— Как вольных птиц над степью на рассвете,
Трех сыновей пустила я в полет.
Как матери, как близкой, мне ответьте,

Было утром тихо в доме,
Я писала на ладони
Имя мамино.