Самуил Маршак

Русский поэт, драматург, переводчик, литературный критик, сценарист. Автор популярных детских книг. Лауреат Ленинской и 4-x Сталинских премий.
Годы жизни: 1887 - 1964

Стихи по типу

Стихи по длине

Стихи по возрасту

Стихи по темам

Все стихи списком

По сообщению газеты «Бомбей кроникл»,
военный трибунал княжества Хайдарабад
приговорил 11-летнего мальчика
Дина Лингайя к тюремному заключению
на 46 лет...
"… От имени 60 миллионов своих членов
Всемирная федерация демократической
молодежи энергично протестует против
преследования индийских патриотов"
Из газет

К одиннадцати сорок шесть
Прибавьте, — и тогда
Поймете, что такое месть
Фашистского суда.

Индийский пленник проведет
Полвека под замком.
В тюрьму ребенком он войдет,
А выйдет стариком.

Но нет, судья — плохой пророк,
И не подумал он,
Что сменятся за этот срок
И судьи и закон.
И надо верить, что скорей
В тюрьму проникнет свет
И выйдет узник из дверей
Ребенком школьных лет.

Я перевел Шекспировы сонеты.
Пускай поэт, покинув старый дом,
Заговорит на языке другом,
В другие дни, в другом краю планеты.

Соратником его мы признаем,
Защитником свободы, правды, мира.
Недаром имя славное Шекспира
По-русски значит: "потрясай копьем".

Три сотни раз и тридцать раз и три
Со дня его кончины очертила
Земля урочный путь вокруг светила.
Свергались троны, падали цари...

А гордый стих и в скромном переводе
Служил и служит правде и свободе.

Была тесна когда-то им Европа, -
Теперь их всех вместил тюремный дом.
Вот Геринга жилье, вот — Риббентропа.
Здесь Франк проводит ночь перед судом.

Фон Розенберг, как волк, по клетке бродит,
И ничего он в будущем не ждет.
Он знает: год сорок шестой приходит
И не вернется сорок первый год.

Злодеям поздравлять друг друга не с чем.
От мира отделяет их засов.
И кажется им тяжким и зловещим
Полночный голос башенных часов.

Вдруг на стене явилась единица.
За ней девятка место заняла.
Четверка не замедлила явиться.
Шестерка рядом на стену легла.

И чудится злодеям, что шестерка
Искусно сплетена из конопли
И, ежели в нее вглядеться зорко,
Имеет вид затянутой петли!

Знаешь буквы А, Бе, Це?
Сидит кошка на крыльце,
Шьет штанишки мужу,
Чтоб не мерз он в стужу.

Собираем в августе
Урожай плодов.
Много людям радости
После всех трудов.

Солнце над просторными
Нивами стоит.
И подсолнух зернами
Черными
Набит.

Азбука, в стихах и картинках

Автобус номер двадцать шесть.
Баран успел в автобус влезть,
Верблюд вошел, и волк, и вол.
Гиппопотам, пыхтя, вошел.

Дельфин не мог вползти в вагон.
Енот не может выйти вон.
Жираф — как дернет за звонок:
Змею он принял за шнурок.

Индюк спросил: — Который час? -
Козел сказал: — Не слышу вас. -
Лиса сказала: — Скоро семь. -
Медведь сказал: — Я всех вас съем!

Навозный жук жужжит: — Боюсь! -
Орел сказал: — А ты не трусь! -
Петух пропел: — Какой герой! -
Рысь проворчала: — Рот закрой!

Свинья заспорила с ежом.
Тюлень поссорился с моржом.
Удав кольцом сдавил свинью.
Фазан забился под скамью.

Хорек за хвост цыпленка — хвать!
Цыпленок бросился бежать.
Червяк подумал, что за ним.
Шмель прожужжал ему: — Бежим!

Щегол уселся на окно.
Выпь говорит, что ей темно.
Эму сказал: — Закрыл он свет!

Юрок и дрозд сказали: — Нет!
Як промычал, пройдя вперед:
— Автобус дальше не пойдет!

-----

Прочтите сказку эту, дети.
Расскажет весело она,
Какие звери есть на свете
И как писать их имена.

Когда в автобусе мы едем
Или в вагоне под землей,
Не будь ежом, не будь медведем,
Не будь удавом и свиньей!

На Дальнем Востоке акула
Охотой была занята:
Злодейка-акула
Дерзнула
Напасть на соседа-кита.

«Сожру половину кита я,
И буду, наверно, сыта я
Денек или два, а затем
И все остальное доем!»

Подумав об этом, акула
Зубастый разинула рот,
Шершавое брюхо раздула
И ринулась дерзко вперед.

Но слопать живьем, как селедку,
Акула кита не могла:
Не лезет он в жадную глотку -
Для этого глотка мала!..

Китом подавилась акула
И, лопнув по швам, потонула.

Пусть юбилярша
А. Я. Бруштейн
Намного старше,
Чем Шток и Штейн.

Пускай Погодин
В сынки ей годен,
А Корнейчук -
Почти ей внук.

Однако все же
Как у Жорж Занд,
Что год — моложе
Ее талант.

Ее искусства
Не вянет цвет,
А свежесть чувства
Не знает лет.

Мой милый внук Алеша,
Твой старый дед поэт
Полезный и хороший
Дает тебе совет.

Проснувшись утром рано,
В постели не лежи.
Водою из-под крана
Лицо ты освежи.

Чтоб заниматься делом,
Даны нам две руки:
Почистим зубы мелом,
А ваксой башмаки.

Страшись ошибки грубой.
Бывают чудаки,
Что чистят ваксой зубы,
А мелом — башмаки.

Дай корму попугаям,
Потом садись за чай.
Но за едой и чаем
Ты книжек не читай.

Мой друг, от ералаша
Себя обереги:
Пусть попадает каша
В живот, а не в мозги!

Перевод из Игоря Северянина

Ананасы в шампанском, ананасы в
шампанском -
Удивительно вкусно, искристо, остро!
Новая книга «поэз»

Я люблю ананасы, анчоусы, антракты,
Антураж, антресоли, анонс, антрекот...
О, скажи, Геродот, собирающий факты,
Чем известен и славен пятнадцатый год?
Треско-грохотом пушек? Свисто-визгом шрапнелей?
Чемодано-паденьем? Напором штыков?
Иль постройкой траншейно-блиндажных туннелей?
Иль наступ-отступленьем германских полков?
Или тем, что с французом идет англичанин
На германо-австрийца и борется серб?
Или тем, что поэзо-поэт Северянин
Озарил и прославил отечества герб?
Громче всех барабанов в авангарде германском -
Слышен в Риме… в Стокгольме… до полярных широт.
Славит он ананасы, ананасы в шампанском,
Ананасы, бананы, бананасы поет!
Ананасы вкрутую, в мешочке и всмятку.
Ананасы в мундире, ананасы — в пюре.
Ананасы под хреном, ананасы внакладку,
Ананасы в бутылке, ананасы в ведре...
Он не ел ананасов, но видал на картинах...
Неизвестен в России этот редкостный плод.
Футурист в ананасах, как иной в апельсинах,
Разбирается туго, — уверяет народ...

Апрель, апрель!
На дворе звенит капель.

По полям бегут ручьи,
На дорогах лужи.
Скоро выйдут муравьи
После зимней стужи.

Пробирается медведь
Сквозь лесной валежник.
Стали птицы песни петь,
И расцвел подснежник.

Апрельский дождь прошел впервые,
Но ветер облака унес,
Оставив капли огневые
На голых веточках берез.

Еще весною не одета
В наряд из молодой листвы,
Березка капельками света
Сверкала с ног до головы.

Фашистский сумрачный калиф,
Кальян душистый закурив,
Велел войти с докладом
Своим Шехерезадам.

И вот вошел Шехерезад
И прочитал ему доклад:

— Один немецкий пулемет
Разбил сто тысяч дотов
И триста тысяч девятьсот
Семнадцать самолетов!

Два «мессершмитта» на лету
Забрали в плен Алма-Ату
С воздушным загражденьем,
С луной и затемненьем...

Калиф прервал его доклад,
Прикрыв плотнее двери:
— А каковы, Шехерезад,
Немецкие потери?

— Калиф, ты задал мне вопрос
Весьма замысловатый,
Я на советский счет отнес
Немецкие утраты!

Из путевой тетради «По Англии»

В субботний день среди движенья
И предвоскресной суеты
На взводы Армии спасенья
Досужий люд разинул рты.

В фуражке красной, в макинтоше,
Довольно странном — до колен,
Обходит круг и бьет в ладоши
Уже спасенный джентльмен.

А вот спасительницы-феи.
Их шляпки сплюснуты у щек
И крепко связаны на шее,
Как повелел им их пророк.

Зато их ленты цвета клюквы
Так хороши, так манят взгляд;
Зато на лентах этих буквы
Так много сердцу говорят.

Завыли трубы в отдаленье.
Ударил грозный барабан.
Запела Армия спасенья
Псалом священный… иль канкан.

Когда ж умолкли эти звуки,
Раздался зов: «Иди — спасай».
Оратор вышел, поднял руки
И начал: «Был я негодяй.

Я был подлец, я был мерзавец,
Картежный шулер, донжуан...
Кутил, обманывал красавиц,
В воскресный день бывал я пьян,

Я крал платки. Тянул и ложки,
Когда случалось — кошельки,
Браслеты, дамские сережки,
Ларцы, шкатулки, сундуки...

Отца зарезал, мать повесил.
Я говорю: я был подлец,
И был беспечен, волен, весел,
Но наконец… Но наконец...

Когда, казалось, мне спасенья
Уже не будет в жизни сей, -
Я вдруг услышал звуки пенья
И порешил, что я злодей.

Да, я — подлец и грешник тяжкий...
Я наземь пал и весь дрожал,
Но некто в форменной фуражке
Меня, мерзавца, поддержал,

Сказав: „Я также был мерзавцем,
Но я покинул царство тьмы.
Восстань — и будешь ты красавцем
В такой фуражке, как и мы!“