Уж солнца раскаленный шар
С главы своей земля скатила,
И мирный вечера пожар

Есть в светлости осенних вечеров
Умильная, таинственная прелесть:
Зловещий блеск и пестрота дерев,

Чему молилась ты с любовью,
Что как святыню берегла,
Судьба людскому суесловью

О вещая душа моя!
О сердце, полное тревоги,-
О, как ты бьешься на пороге

От жизни той, что бушевала здесь,
От крови той, что здесь рекой лилась,
Что уцелело, что дошло до нас?

Оратор римский говорил
Средь бурь гражданских и тревоги:
"Я поздно встал - и на дороге

Среди громов, среди огней,
Среди клокочущих страстей,
В стихийном, пламенном раздоре,

Часов однообразный бой,
Томительная ночи повесть!
Язык для всех равно чужой

Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья,
И в оный час явлений и чудес
Живая колесница мирозданья

Святая ночь на небосклон взошла,
И день отрадный, день любезный,
Как золотой покров, она свила,

С поляны коршун поднялся,
Высоко к небу он взвился;
Всё выше, дале вьется он -

Не плоть, а дух растлился в наши дни,
И человек отчаянно тоскует...
Он к свету рвется из ночной тени

А.В.Пл[етне]вой

Чему бы жизнь нас ни учила,
Но сердце верит в чудеса:

Когда пробьет последний час природы,
Состав частей разрушится земных:
Всё зримое опять покроют воды,

Ночное небо так угрюмо,
Заволокло со всех сторон.
То не угроза и не дума,

О чем ты воешь, ветр ночной?
О чем так сетуешь безумно?..
Что значит странный голос твой,

Если смерть есть ночь, если жизнь есть день —
Ах, умаял он, пестрый день, меня!..
И сгущается надо мною тень,

Как океан объемлет шар земной,
Земная жизнь кругом объята снами;
Настанет ночь - и звучными волнами

Свершается заслуженная кара
За тяжкий грех, тысячелетний грех...
Не отвратить, не избежать удара -

Как он любил родные ели
Своей Савойи дорогой!
Как мелодически шумели