Люблю грозу в начале мая,
Когда весенний, первый гром,
как бы резвяся и играя,

Не раз ты слышала признанье:
"Не стою я любви твоей".
Пускай мое она созданье -

Уж солнца раскаленный шар
С главы своей земля скатила,
И мирный вечера пожар

Я очи знал,- о, эти очи!
Как я любил их - знает бог!
От их волшебной, страстной ночи

Она сидела на полу
И груду писем разбирала,
И, как остывшую золу,

Как неожиданно и ярко,
На влажной неба синеве,
Воздушная воздвиглась арка

Лист зеленеет молодой.
Смотри, как листьем молодым
Стоят обвеяны березы,

От жизни той, что бушевала здесь,
От крови той, что здесь рекой лилась,
Что уцелело, что дошло до нас?

Еще земли печален вид,
А воздух уж весною дышит,
И мертвый в поле стебль колышет,

Пламя рдеет, пламя пышет,
Искры брызжут и летят,
А на них прохладой дышит

Тихо в озере струится
Отблеск кровель золотых,
Много в озеро глядится

Так, в жизни есть мгновения -
Их трудно передать,
Они самозабвения

Оратор римский говорил
Средь бурь гражданских и тревоги:
"Я поздно встал - и на дороге

Есть близнецы - для земнородных
Два божества,- то Смерть и Сон,
Как брат с сестрою дивно сходных -

На мир таинственный духов,
Над этой бездной безымянной,
Покров наброшен златотканный

И гроб опущен уж в могилу,
И всё столпилося вокруг...
Толкутся, дышат через силу,

Смотри, как облаком живым
Фонтан сияющий клубится;
Как пламенеет, как дробится

Как хорошо ты, о море ночное,-
Здесь лучезарно, там сизо-темно...
В лунном сиянии, словно живое,

Святая ночь на небосклон взошла,
И день отрадный, день любезный,
Как золотой покров, она свила,

Все решено, и он спокоен,
Он, претерпевший до конца,—
Знать, он пред богом был достоин