Красное место! Драгой берег Сенски!
Тебя не лучше поля Элисейски:
Всех радостей дом и сладка покоя,

Начну на флейте стихи печальны,
Зря на Россию чрез страны дальны:
Ибо все днесь мне ее доброты

Можно сказать всякому смело,
Что любовь есть велико дело:
Быть над всеми и везде сильну,

(Басня)

Негде Ворону унесть сыра часть случилось;
На дерево с тем взлетел, кое полюбилось.

Будь жестока, будь упорна,
Будь спесива, несговорна;
Буде отныне могу еще осердиться,

Приятный брег! Любезная страна!
Где свой Нева поток стремит к пучине.
О! прежде дебрь, се коль населена!

Вечная весна тамо хранит воздух чистый,
Небо кажет светлейте цвет очам свой истый.
Цветы во всяко время там не увядают,

Где бодрость! где надея!
Откуду дики мысли?
Что случилось всех злея?

Невозможно быть довольным,
Когда красота едина
Под законом своевольным

Красот умильна!
Паче всех сильна!
Уже склонивши,

Из Леших некто чуть уж не замерз зимою,
За лютостию стуж, да и за наготою.
Увидевший Мужик его взял в домик свой,

Ныне уже надлежит, увы! мне умереть:
Мои все скорби цельбы не могут здесь иметь.
Все мое старание, чтоб их облегчити,

Что это чинишь ты, друг мой?
По Аминтиной измене
Ты еще крушишься о той?

В отечество свое как прибыл некто вспять,
А не было его там почитай лет с пять,
То завсе пред людьми, где было их довольно,

Во един день прошлого в город Гамбург лета
При самом ясном небе от солнечна света
Влетел вестник Меркурий; но весь запыхался,

Ах! невозможно сердцу пробыть без печали,
Хоть уж и глаза мои плакать перестали:
Ибо сердечна друга не могу забыти,

Радуйся, сердце! Аминта смягчилась,
Так что предо мной самым прослезилась.
Не воспоминай о твоем несчасти.

В жилище, Господи, твоем  
Кто обитает как достойно?  
Или святый твой дом пристойно  

Не тела я болезнь стихами исцеляю,  
От зол унывший внутрь дух в бодрость восставляю.  
Кто в немощь телом впал, врачи того лечат,  

В сем озере бедные любовники присны
Престают быть в сем свете милым ненавистны:
Отчаяваясь всегда от них любимы быть,