Людмила Татьяничева
Русская советская поэтесса, прозаик и общественный деятель, журналист, собственный корреспондент.
Годы жизни:1915-1980

Стихи по типу

Стихи по длине

Стихи по возрасту

Стихи по темам

Я пишу тебе, милый,
Со станции Осень.
Здесь подолгу стоят
На путях поезда.
А багряные листья
Неспешно уносит
В своих зябких ладонях
Речная вода.
Журавлиные стаи
Торопятся к югу.
И проезжие люди,
От дома вдали,
Неизвестно зачем
Уверяют друг друга,
Что они не грустят,
А грустят журавли.
Но однажды журавль,
Ниже всех пролетая,
Мне сказал,
Помахав беспечальным крылом,
Что у них на земле
Два единственных края
И что каждый их ждёт,
Как родительский дом.
Может быть, он и прав.
Только я не об этом…
Чтобы высказать всё,
Мне не хватит письма…
Если строгий кассир
Не продаст мне билета,
Как ты будешь один
На разъезде Зима?

Любовь – это тайна и чудо,
И нам не узнать никогда,
Придет ли, когда и откуда,
А если уйдёт, то куда…

Дороги не сыщет обратно,
Лишь будет манить издалИ…
На солнце отчётливы пятна –
Ожоги ушедшей любви…

Когда-то над хребтом Урала,
Солёной свежести полна,
С ветрами запросто играла
Морская вольная волна.

Ей было любо на просторе
С разбегу устремляться ввысь.
Отхлынуло, исчезло море,
И горы в небо поднялись.

Но своенравная природа
То море в памяти хранит:
В тяжёлых каменных породах
Волной играет малахит.

Он морем до краёв наполнен,
И кажется: слегка подуть —
Проснутся каменные волны
И морю вновь укажут путь.

Сапёром мой дедушка был на войне.
Медали свои он показывал мне.
Теперь на площадке, где строится дом.
Работает дедушка крановщиком.

Он рукоятку тронет слегка —
Стальная стрела уйдёт в облака.
Однажды принёс я деду обед
И громко позвал его:
— Дедушка, дед! —
Вокруг засмеялись:
— Шутишь, герой! Какой же он дед?
Он у нас — молодой!

Хрустит под ногами белый снежок,
Мы с дедушкой вместе идём на каток.
Вышли на лёд, а я крикнул:
— Дедусь,
Я за тобою не угонюсь!
-Люди вокруг засмеялись опять:
— Дедушку внук не может догнать!

Как в тундре безлюдья —
В зоне молчанья.
За столько недель
Ни строчки, ни слова.
И нарастает такое отчаянье,
Что сердце моё
Разорваться готово.
Бумажный лист
Будто поле осеннее —
Седое и знобкое
От позёмок.
Но вот появляется стихотворенье,
Неожиданное,
Как оленёнок.
Не веря, что жизнь
Может быть обидчицей,
Стремится к ней
Без всякой опаски.
Тёплой мордочкой
В руки тычется,
Просит зелёного листика
Ласки.
В зрачках моих
Горное солнце дробится.
Я счастлива.
Счастлива до озаренья!
Пробует силу
Звонких копытцев
Мой оленёнок —
Стихотворенье.

За развилкой разлук,
За поляной черничной
Я нашла этот луг.
Он совсем необычный.
Там растут незабудки.
Одни незабудки.
Стебли их,
Словно девичьи пальчики,
Чутки.
Голубые цветы невысокого роста.
Ни шипов, ни колючек…
Срывать их так просто!
Их срывают, любя.
А потом забывают.
Но не зря
Незабудками их называют.
Потому этот луг
Не похож на обычный.
После встреч и разлук,
Потрясений различных,
К незабудкину лугу,
Мечтая о чуде,
Очень часто приходят
Усталые люди.
Ранним утром,
Слушая птичью побудку,
Каждый ищет свою незабудку,
Свою незабудку,
Что сквозь годы глядит
Голубыми глазами.
Ту, которая…
Впрочем, вы знаете сами…

Два хороших сына у меня.
Две надежды,
Два живых огня.
Мчится время по великой трассе –
У меня – две юности в запасе.
Жизнь горит во мне, неугасима.
У меня две вечности –
Два сына.

Мне говорят, что слишком много
Любви я детям отдаю,
Что материнская тревога
До срока старит жизнь мою.
Ну что могу я им ответить,
Сердцам,
Бесстрастным как броня?
Любовь, мной отданная детям,
Сильнее делает меня.
В ней всё —
И радость,
И терпенье,
И те, шальные, соловьи…
За это чистое горенье
Спасибо вам,
Сыны мои!

Когда говорят о России,
Я вижу свой синий Урал.
Как девочки,
Сосны босые
Сбегают с подоблачных скал.
В лугах,
На ковровых просторах,
Среди плодоносных полей
Лежат голубые озёра
Осколками древних морей.
Богаче, чем краски рассвета,
Светлее, чем звёздный узор,
Земные огни самоцветов
В торжественном сумраке гор.
Я сердцем всё это вбирала,
Свой край полюбив навсегда.
Но главная сила Урала —
В чудесном искусстве труда.
Люблю я огонь созиданья
В суровой его красоте,
Мартенов и домен дыханье
И ветер больших скоростей.
Мне дороги лица простые
И руки, что плавят металл.
… Когда говорят о России,
Я вижу свой синий Урал.