Я люблю зверье.
Увидишь собачонку —
тут у булочной одна —

И в День Победы, нежный и туманный,
Когда заря, как зарево, красна,
Вдовою у могилы безымянной

В ушах обрывки тёплого бала,
а с севера — снега седей —
туман, с кровожадным лицом каннибала,

Будет луна.
Есть уже
немножко.

Ветер веет с юга
И луна взошла,
Что же ты, б*ядюга,

Не бывать тебе в живых,
Со снегу не встать.
Двадцать восемь штыковых,

Уже весна в календаре,
Но всюду лужи во дворе,
И сад пустой и голый.

Вот это слезка моя —
возьмите!
Мне не нужна она.

Я долго стоял неподвижно,
В далекие звезды вглядясь,-
Меж теми звездами и мною

На севере диком стоит одиноко
На голой вершине сосна,
И дремлет, качаясь, и снегом сыпучим

До сих пор не совсем понимаю,
Как же я, и худа, и мала,
Сквозь пожары к победному Маю

Я вас любил: любовь еще, быть может,
В душе моей угасла не совсем;
Но пусть она вас больше не тревожит;

Если жизнь тебя обманет,
Не печалься, не сердись!
В день уныния смирись:

Слезают слёзы с крыши в трубы,
к руке реки чертя полоски;
а в неба свисшиеся губы

Просты? ни вод под брюхом были.
Их рвал на волны белый зуб.
Был вой трубы — как будто лили

Есть имена и есть такие даты,-
Они нетленной сущности полны.
Мы в буднях перед ними виноваты,-

Две бабушки на лавочке
Сидели на пригорке.
Рассказывали бабушки:

Минутами счастья,
Верьте, не раз
Живет, наслаждаясь,

1. В Европе
двое жирных людей
  ведут человека

Лениво дышит полдень мглистый;
Лениво катится река;
И в тверди пламенной и чистой