Под окном чулок старушка 
Вяжет в комнатке уютной 
И в очки свои большие 
Смотрит в угол поминутно. 

А в углу кудрявый мальчик 
Молча к стенке прислонился; 
На лице его забота, 
Взгляд на что-то устремился. 

«Что сидишь всё дома, внучек? 
Шел бы в сад, копал бы грядки 
Или кликнул бы сестренку, 
Поиграл бы с ней в лошадки. 

Кабы силы да здоровье, 
И сама бы с вами, детки, 
Побрела я на лужайку; 
Дни такие стали редки. 

Уж трава желтеет в поле, 
Листья падают сухие; 
Скоро птички-щебетуньи 
Улетят в края чужие! 

Присмирел ты что-то, Ваня, 
Всё стоишь сложивши ручки; 
Посмотри, как светит солнце, 
Ни одной на небе тучки! 

Что за тишь! Не клонит ветер 
Ни былинки, ни цветочка. 
Не дождешься ты такого 
Благодатного денечка!» 

Подошел к старушке внучек 
И головкою курчавой 
К ней припал; глаза большие 
На нее глядят лукаво... 

«Знать, гостинцу захотелось? 
Винных ягод, винограда? 
Ну поди возьми в комоде». 
— «Нет, гостинца мне не надо!» 

— «Уж чего-нибудь да хочешь... 
Или, может, напроказил? 
Может, сам, когда спала я, 
Ты в комод без спросу лазил? 

Может, вытащил закладку 
Ты из святцев для потехи? 
Ну постой же… За проказы 
Будет внучку на орехи!» 

— «Нет, в комод я твой не лазил; 
Не таскал твоей закладки». 
— «Так, пожалуй, не задул ли 
Перед образом лампадки?» 

— «Нет, бабуся, не шалил я; 
А вчера, меня целуя, 
Ты сказала: „Будешь умник - 
Всё тогда тебе куплю я...“» 

— «Ишь ведь память-то какая! 
Что ж купить тебе? Лошадку? 
Оловянную посуду 
Или грабли да лопатку?» 

— «Нет! уж ты мне покупала 
И лошадку, и посуду. 
Сумку мне купи, бабуся, 
В школу с ней ходить я буду». 

— «Ай да Ваня! Хочет в школу, 
За букварь да за указку. 
Где тебе! Садись-ка лучше, 
Расскажу тебе я сказку...» 

— «Уж и так мне много сказок 
Ты, бабуся, говорила; 
Если знаешь, расскажи мне 
Лучше то, что вправду было. 

Шел вчера я мимо школы. 
Сколько там детей, родная! 
Как рассказывал учитель, 
Долго слушал у окна я. 

Слушал я — какие земли 
Есть за дальними морями... 
Города, леса какие 
С злыми, страшными зверями. 

Он рассказывал: где жарко, 
Где всегда стоят морозы, 
Отчего дожди, туманы, 
Отчего бывают грозы... 

И еще — как люди жили 
Прежде нас и чем питались; 
Как они не знали бога 
И болванам поклонялись. 

Рисовали тоже дети, 
Много я глядел тетрадок, - 
Кто глаза, кто нос выводит, 
А кто домик да лошадок. 

А как кончилось ученье, 
Стали хором петь. В окошко 
И меня втащил учитель, 
Говорит: „Пой с нами, крошка! 

Да проси, чтоб присылали 
В школу к нам тебя родные, 
Все вы скажете спасибо 
Ей, как будете большие“. 

Отпусти меня! Бабусю 
Я за это расцелую 
И каких тебе картинок 
Распрекрасных нарисую!» 

И впились в лицо старушки 
Глазки бойкие ребенка; 
И морщинистую шею 
Обвила его ручонка. 

На глазах старушки слезы: 
«Это божие внушенье! 
Будь по-твоему, голубчик, 
Знаю я, что свет — ученье. 

Бегай в школу, Ваня; только 
Спеси там не набирайся; 
Как обучишься наукам, 
Темным людом не гнушайся!» 

Чуть со стула резвый мальчик 
Не стащил ее. Пустился 
Вон из комнаты, и мигом 
Уж в саду он очутился. 

И уж русая головка 
В темной зелени мелькает... 
А старушка то смеется, 
То слезинку утирает. 

1878