Уснул, мое сокровище,
не встанет ото сна.
Не выветрилась кровь еще,

Тем не менее приснилось что-то.
...Но опять колесный перестук.
После неожиданного взлета

Что за ночь на свете, что за ночь!
Тихо как...
Сейчас случится чудо.

...На скрещенье путей непреложных
дом возник из сырой темноты.
В этой комнате умер художник,

Коптилки мигающий пламень.
Мы с Диккенсом в доме одни.
Во мраке горят перед нами

Люди мне ошибок не прощают.
Что же, я учусь держать ответ.
Легкой жизни мне не обещают

Высокочтимые Капулетти,
глубокоуважаемые Монтекки,
мальчик и девочка - это дети,

Осыпаются листья, в которых
затаился и жил для меня
еле слышный, немолкнущий шорох

Прошли года, затягивая шрамы,
как след в песке — касание волны,
и пряничные вяземские храмы

В южном городе был день морозный.
Море поседело в этот день.
Нам прочла учительница грозный,

Над полем медленно и сонно
заката гаснет полоса.
Был день, как томик Стивенсона,

Несчетный счет минувших дней
неужто не оплачен?
...Мы были во сто крат бедней

С. Ермолинскому

Я вижу в окно человека,
который идет не спеша

Тополей влюбленное цветенье
вдоль по Ленинградскому шоссе...
Первое мое стихотворенье

Я хочу быть твоею милой.
Я хочу быть твоею силой,
свежим ветром,

Этого года неяркое лето.
В маленьких елках бревенчатый дом.
Август, а сердце еще не согрето.

В. Луговскому

Улицей летает неохотно
мартовский усталый тихий снег.

Сквозь перезревающее лето
паутинки искрами летят.
Жарко.

Рабочий катерок мотало
от Лиственничной до Котов.
Дождем туманным застилало

С пулей в сердце
я живу на свете.
Мне еще нескоро умереть.