Морозный вечер. 
Мосты в тумане. Жительницы грота 
на кровле Биржи клацают зубами. 
Бесчеловечен, 
верней, безлюден перекресток. Рота 
матросов с фонарем идет из бани. 

В глубинах ростра -- 
вороний кашель. Голые деревья, 
как легкие на школьной диаграмме. 
Вороньи гнезда 
чернеют в них кавернами. Отрепья 
швыряет в небо газовое пламя. 

Река — как блузка, 
на фонари расстегнутая. Садик 
дворцовый пуст. Над статуями кровель 
курится люстра 
луны, в чьем свете император-всадник 
свой высеребрил изморозью профиль. 

И барку возле 
одним окном горящего Сената 
тяжелым льдом в норд-ост перекосило. 
Дворцы промерзли, 
и ждет весны в ночи их колоннада, 
как ждут плоты на Ладоге буксира. 

1969