До Эйфелевой — рукою 
Подать! Подавай и лезь. 
Но каждый из нас — такое 
Зрел, зрит, говорю, и днесь, 

Что скушным и некрасивым 
Нам кажется Париж. 
«Россия моя, Россия, 
Зачем так ярко горишь?» 

Июнь 1931