Гаврила Державин

Русский поэт эпохи Просвещения, государственный деятель Российской империи, сенатор, действительный тайный советник.
Годы жизни: 1743 - 1816

Все стихи списком

Когда аемны оставишь царствы,
Пойдешь в Эдем, иль Элизей,
Харон вопросит иль мытарствы
Из жизни подорожной сей, -
Поэтов можешь одобренья
В альбауме твоем явить,
Духам отдав их для прочтенья,

Что вы, аркадские утехи,
Темпейский дол, гесперский сад,
Цитерски резвости и смехи
И скрытых тысящи прохлад
Средь рощ и средь пещер тенистых,
Между цветов и токов чистых, -
Пред тем, где Аристипп живет?

Сидевша об руку царя
Чрез поприще на колеснице,
Державшего в своей деснице
С оливой гром, иль чрез моря
Протекшего в венце Нептуна,
Или с улыбкою Фортуна
Кому жемчужный нектар свой

Когда бы было нам богатством
Возможно к-ратку жизнь продлить,
Не ставя ничего препятством,
Я стал бы золото копить.
Копил бы для того я злато,
Чтобы, как придет смерть сражать,
Тряхнуть карманом таровато

Восшел Давид в сень правды,
А с ним и Соломон;
Где казнь на злых, благим награды,
Законы врезаны святым жезлом
В скрыжаль сапфирну, вкруг златую,
Хранимы в род и род.— Восшел и сел на трон!
Велел с собой воссесть и сыну одесную;

Не украшение одежд
Моя днесь муза прославляет,
Которое, в очах невежд,
Шутов в вельможи наряжает;
Не пышности я песнь пою;
Не истуканы за кристаллом*,
В кивотах* блещущи металлом,

Тает зима дыханьем Фавона {*},
Взгляда бежит прекрасной весны;
Мчится Нева к Бельту на лоно,
С брега суда спущены.

{* Фавон — римское название Зефира,
теплого западного ветра.}

На темно-голубом эфире
Златая плавала луна;
В серебряной своей порфире
Блистаючи с высот, она
Сквозь окна дом мой освещала
И палевым своим лучом
Златые стекла рисовала

Луч шумящий, водометный,
Свыше сыплюща роса!
Где в тени в день знойный, летний,
Совершенная краса,
Раскидав по дерну члены
И сквозясь меж струй, ветвей,
Сном объята, в виде пены,

Алмазна сыплется гора
С высот четыремя скалами,
Жемчугу бездна и сребра
Кипит внизу, бьет вверх буграми;
От брызгов синий холм стоит,
Далече рев в лесу гремит.

Шумит, и средь густого бора

Напрасно, Кубра дорогая,
Поешь о славе ты моей;
Прелестна девушка, младая!
Мне петь бы о красе твоей.
Хотя угрюм и важен взором
И седина на волосах, -
Но редко бурями и громом

На поприще сей жизни склизком
Все люди бегатели суть:
В теченьи дальном или близком
Они к мете своей бегут.

И сильный тамо упадает,
Свой кончить бег где не желал:

Кого на бреге моря бурна
Близ ветхих града стен, в тени,
Жизнь не богата, но не скудна
Течет, и он приятно дни
Проводит, избежав столицы,
Желаннее своих в границы
Умеренность постановив,

Влад? ющимъ твоимъ перстамъ,
О Д? ва! клависинъ струнами,
Обезт? лесенъ, обездушенъ,
Я будто истуканъ стою.
Царица жизни ты и смерти
Силъ править тысящьми, — какъ Богъ!
Благогов? я чуть шумитъ

Орудье благости и сил,
Господня дщерь, Его подобье,
В которой мудро совместил
Он твердость, кротость, ум, незлобье
И к благу общему любовь,
О доблесть смертных! Добродетель!
О соль земли! — хоть сонм духов,

Блажен, кто менее зависит от людей,
Свободен от долгов и от хлопот приказных,
Не ищет при дворе ни злата, ни честей
И чужд сует разнообразных!
Зачем же в Петрополь на вольну ехать страсть,
С пространства в тесноту, с свободы за затворы,
Под бремя роскоши, богатств, сирен под власть

Аз есмь Господь Бог твой,
да не будут тебе бози ини…

Творцу я поклоняюсь мира,
В лице Его служу царю.
Нигде, ни в ком себе кумира
И не творил и не творю.
Почто ж мне идолы бесчестны,

Рафаэль! живописец славный,
Творец искусством естества!
Рафаэль чудный, бесприкладный,
Изобразитель божества!
Умел ты кистию свободной
Непостижимость написать, -
Умей моей богоподобной

Звонкоприятная лира!
В древни златые дни мира
Сладкою силой твоей
Ты и богов, и царей,
Ты и народы пленяла.
Глас тихоструйный твой, звоны.
Сердце прельщающи тоны

Кого роскошными пирами
На влажных Невских островах,
Между тенистыми древами,
На мураве и на цветах,
В шатрах персидских, златошвенных
Из глин китайских драгоценных,
Из венских чистых хрусталей,

Популярные темы