Цветок к груди приколот,
Кто приколол - не помню.
Ненасытим мой голод

Был вечер музыки и ласки, 
Все в дачном садике цвело. 
Ему в задумчивые глазки 

Обидел и обошел?
Спасибо за то, что — стол
Дал, стойкий, врагам на страх

Белое солнце и низкие, низкие тучи,
Вдоль огородов - за белой стеною - погост.
И на песке вереницы соломенных чучел

Луна омывала холодный паркет 
Молочной и ровной волной. 
К горячей щеке прижимая букет, 

Посвящаю эти строки
Тем, кто мне устроит гроб.
Приоткроют мой высокий,

Сомкнутым строем -- 
Противу всех. 
Дай же спокойно им 

«Если хочешь ты папе советом помочь», 
Шепчет папа любимице-дочке, 
«Будут целую ночь, будут целую ночь 

Ходит сон с своим серпом, 
Ходит смерть с своей косой - 
Царь с царицей, брат с сестрой. 

Мы оба любили, как дети,
Дразня, испытуя, играя,
Но кто-то недобрые сети

Семь мечей пронзали сердце
Богородицы над Сыном.
Семь мечей пронзили сердце,

Выстрел — в самую душу,
Как только что по врагам.
Богоборцем разрушен

В сапогах, подкованных железом,
В сапогах, в которых гору брал -
Никаким обходом ни объездом

Две руки, легко опущенные 
На младенческую голову! 
Были — по одной на каждую - 

Два цветка ко мне на грудь 
Положите мне для воздуху. 
Пусть нарядной тронусь в путь, 

Я знаю правду! Все прежние правды-прочь! 
Не надо людям с людьми на земле бороться. 
Смотрите: вечер, смотрите: уж скоро ночь. 

Мне ль, которой ничего не надо, 
Кроме жаркого чужого взгляда, 
Да янтарной кисти винограда, -- 

Беглецы? — Вестовые?
Отзовись, коль живые!
Чернецы верховые,

Не хочу ни любви, ни почестей: 
— Опьянительны. — Не падка! 
Даже яблочка мне не хочется 

Смерть — это нет, 
Смерть — это нет, 
Смерть — это нет.