Я, весь измученный тяжелою работой, 
Сижу в ночной тиши, окончив труд дневной. 
Болит моя душа, истерзана заботой, 
И ноет грудь моя, надорвана тоской. 

Проходит жизнь моя темно и безотрадно; 
Грядущее мое мне счастья не сулит, 
И то, к чему я рвусь душой моей так жадно, 
Меня едва ли чем отрадным подарит. 

Мне суждено всегда встречать одни лишенья 
Да мучиться в душе тяжелою тоской, 
И думать об одном, что все мои стремленья 
Бесплодно пропадут, убиты жизни тьмой. 

Суровых, тяжких дней прожито мной довольно, 
И много сил души истрачено в борьбе, - 
И дума горькая встает в душе невольно: 
За трату этих сил — что добыл я себе? 

Одно бесцветное, пустое жизни поле, 
Где не на чем кругом очей остановить, - 
И. жаждою томясь, грустишь о горькой доле, 
Что нечем жажды той душевной утолить. 

И голову в тоске на грудь невольно склонить, 
И жизни в этот час не рад я, как врагу, 
И горькую слезу в ночной тиши уронишь... 
Зачем из этой тьмы я выйти не могу? 

1876