Я отворил окно. Осенняя прохлада 
Струею полилась в мою больную грудь. 
Как тихо в глубине увянувшего сада! 
Туда, как в темный склеп, боюсь я заглянуть. 

Поблек и облетел убор его красивый; 
От бури и дождя ничем не защищен, 
Качаясь и дрожа, стоит он сиротливо, 
И в шелесте ветвей печальный слышен стон,.. 

Раздастся здесь порой ворон полет тяжелый, 
Да галки на гумне, за садом, прокричат - 
И стихнет все опять… И с думою невеселой 
Гляжу я из окна в пустой, засохший сад. 

Здесь радостно жилось весной и жарким летом; 
Но больно вспоминать об этих чудных днях, 
О зелени полей, облитых ярким светом, 
О сладком пенье птиц в долинах и лесах. 

Природа замерла, нахмурилась сурово; 
Поблекнувшей листвой покрылася земля, 
И холодом зимы повеял север снова 
В раздетые леса, на темные поля. 

Вот желтый лист, кружась, упал передо мною... 
С глубокой на него я грустью посмотрел! 
Не так же ль я измят безжалостной судьбою, 
Как этот слабый лист, — засох и пожелтел? 

Прошла моя весна, и лето миновало, 
И на лугу моем засохли все цветы; 
Их прежняя краса под холодом увяла; 
Рассеялись мои надежды и мечты. 

Как желтые листы, давно они опали; 
Осенний ветер их размыкал без следа, 
И то, чем жизнь моя красна была вначале, 
Все горьким опытом убито навсегда. 

Век доживаю я, как дерево сухое, 
Минувшему сказав печальное «прости!». 
И мучит душу мне сознанье роковое, 
Что близок мой конец и мне уж не цвести. 

1876