Как в сумерки легко дышать на берегу! 
Померкли краски дня, картины изменились; 
Ряды больших стогов, стоящих на лугу, 
Туманом голубым, как дымкою, покрылись. 

На пристани давно замолкли шум и стук; 
Все реже голоса доносятся до слуха; 
Как будто стихло все, — но всюду слышен звук, 
И тихий плеск воды так сладко нежит ухо. 

Вот черный жук гудит… вот свистнул коростель... 
Вот где-то вдалеке плеснулось уток стадо... 
Пора бы мне домой — за ужин и в постель: 
Но этой тишине душа моя так рада. 

И я готов всю ночь сидеть на берегу, 
И не ходить домой, и вовсе не ложиться, - 
Чтоб запахом травы на скошенном лугу 
И этой тишиной целебной насладиться. 

На ширь глухих полей, под тень лесов густых 
Душа моя рвалась, измучена тревогой, - 
И, может быть, вдали от горьких слез людских 
Я создал бы в тиши здесь светлых песен много. 

Но жизнь мой прошла в заботе городской - 
И сил моих запас иссяк в борьбе суровой... 
И вот теперь сюда приплелся я больной... 
Природа-мать! врачуй и дай мне силы снова! 

1876