Никого не будет в доме,
Кроме сумерек. Один
Зимний день в сквозном проеме

Я льнул когда-то к беднякам
Не из возвышенного взгляда,
А потому, что только там

Душа моя, печальница
О всех в кругу моем,
Ты стала усыпальницей

Рассказали страшное,
Дали точный адрес.
Отпирают, спрашивают,

Сестра моя - жизнь и сегодня в разливе
Расшиблась весенним дождем обо всех,
Но люди в брелоках высоко брюзгливы

Недотрога, тихоня в быту,
Ты сейчас вся огонь, вся горенье,
Дай запру я твою красоту

Открыли дверь, и в кухню паром
Вкатился воздух со двора,
И всё мгновенно стало старым,

По будням медник подле вас
Клепал, лудил, паял,
А впрочем - масла подливал

То насыпью, то глубью лога,
То по прямой за поворот
Змеится лентою дорога

Не волнуйся, не плачь, не труди
Сил иссякших, и сердца не мучай
Ты со мной, ты во мне, ты в груди,

Вокзал, несгораемый ящик
Разлук моих, встреч и разлук,
Испытанный друг и указчик,

Прижимаюсь щекою к воронке
Завитой, как улитка, зимы.
"По местам, кто не хочет - к сторонке!"

Усмехнулся черемухе, всхлипнул, смочил
Лак экипажей, деревьев трепет.
Под луною на выкате гуськом скрипачи

Оттепелями из магазинов
Веяло ватным теплом.
Вдоль по панелям зимним

Снуют пунцовые стрекозы,
Летят шмели во все концы,
Колхозницы смеются с возу,

По заборам бегут амбразуры, 
Образуются бреши в стене, 
Когда ночь оглашается фурой 

Дворня бастует. Брезгуя
Мусором пыльным и тусклым,
Ночи сигают до брезгу