Там звезда зари взошла, 
Пышно роза процвела. 
Это время нас, бывало, 
Друг ко другу призывало. 

И являлася она 
У дверей иль у окна 
Ранней звездочки светлее, 
Розы утренней свежее. 

На постеле пуховой, 
Дева сонною рукой 
Протирала томны очи, 
Удаляя грезы ночи. 

Лишь ее завижу я, 
Мнилось, легче вкруг меня 
Воздух утренний струился; 
Я вольнее становился. 

Меж овец деревни всей 
Я красавицы моей 
Знал любимую овечку — 
Я водил ее на речку. 

На тенистые брега, 
На зеленые луга; 
Я поил ее, лелеял, 
Перед ней цветы я сеял. 

Дева издали ко мне 
Приближалась в тишине, 
Я, [прекрасную] встречая, 
Пел гитаррою бряцая: 

«Девы, радости моей 
Нет! на свете нет милей, 
Кто посмеет под луною 
Спорить в счастии со мною. 

Не завидую царям, 
Не завидую богам. 
Как увижу очи томны, 
Тонкий стан и косы темны». 

Так певал [бывало] ей, 
И красавицы моей 
Сердце песнью любовалось; 
Но блаженство миновалось. 

Где ж красавица моя! 
Одинокий плачу я — 
Заменили песни нежны 
Стон и слезы безнадежны. 

Gonzago * 

* Гонзаго (португ.)