Шелест пуха, дух вязанья 
Теплой кофты шерстяной. 
Мамка щучья и фазанья, 
Кто там ходит за стеной? 

Кто там ходит в синей феске, 
Лапу серую жуя, 
Как на той старинной фреске 
В грозной книге Бытия? 

Это Авель, бедный мальчик, 
Как пред скинией Давид, – 
Авель, Авель, бедный зайчик, 
Тихо в дудочку дудит. 

То сбивается со счета, 
То на счет четыре-пять 
Вдруг выходит за ворота, 
Чтоб немного погулять... 

В темных зернах хлорофилла 
Спит минога и омар. 
Дремлет муха дрозофила, 
Насекомое комар. 

В лавке грека Ламбринади, 
Там, где раки Бордолез, 
Спит селедка в маринаде, 
Погружаясь в майонез. 

Но, угрюм и неприкаян, 
Проявляя волчью прыть, 
По дорогам ходит Каин, 
Хочет Авеля убить. 

У него одна забота – 
Все живое отравлять. 
Он не любит, если кто-то 
Ночью вышел погулять... 

Спит животное кузнечик. 
Остро пахнет бузиной. 
С желтым ядом черный глечик 
Носит Каин за спиной. 

Он шагает то и дело, 
Все готов перетерпеть – 
Лишь бы Авелево тело 
Желтым ядом натереть... 

Я взываю к Артемиде – 
Чтобы не было того, 
Отымите, отымите 
Глечик с ядом у него! 

Дайте Каину письмовник, 
Пусть забудет о грехе. 
Дайте Каину рифмовник 
На шатучем лопухе. 

Дайте Каину подстрочник, 
Подберите словари, 
Пусть сидит и переводит 
От зари и до зари. 

Посидит, попереводит 
Года три-четыре-пять – 
Будет знать, как братьев меньших 
Желтым ядом отравлять! 

1984