Крепость древняя у мыса, 
Где над пляжем взнесены 
Три библейских кипариса 
Над обломками стены. 

Расчлененная химера 
Отработанных времен 
Благодушного Гомера 
И воинственных племен. 

Шли галеры и фелюги, 
С гор стекали на конях 
В жарких латах, в пыльной вьюге, 
В сыромятных кожухах. 

Греки, римляне и турки, 
Генуэзцы, степняки, 
Шкуры, бороды и бурки, 
Арбы, торбы, бурдюки. 

Стенобитные машины 
Свирепели, как быки, 
И свирепые мужчины 
Глаз таращили белки. 

Ощетинивали копья, 
Волокли среди огня 
Идиотское подобье 
Деревянного коня. 

Очищали, причащали, 
Покорив и покарав, 
Тех, кто стены защищали, 
В те же стены вмуровав. 

И орлы, не колыхаясь, 
Крыльев сдерживали взмах, 
Равнодушно озираясь, 
На кровавых головах. 

Л внизу воитель гордый 
Ставил крепость на ремонт, 
Ибо варварские орды 
Омрачали горизонт. 

Стенобитьые машины 
Вновь ревели, как быки, 
И свирепые мужчины 
Глаз таращили белки. 

Печенеги, греки, турки, 
Скотоложцы, звонари, 
Параноики, придурки, 
Хамы, кесари, цари: 

— Протаранить! Прикарманить 
Чтобы новый Тамерлан 
Мог христьян омусульманить, 
Охристьянить мусульман. 

И опять орлы, жирея, 
На воздетых головах 
Озирались, бронзовея 
В государственных гербах. 

Плащ забвения зеленый 
Наползающих плющей, 
И гнездятся скорпионы 
В теплой сырости камней. 

1959