В раздумьи на мосту стоял 
Бедняк бездомный одиноко, 
Осенний ветер бушевал 
И волны вскидывал высоко. 

Он думал: «Боже, для чего ж 
Нас честно в мире жить учили, 
Когда в ходу одна здесь ложь, 
О чести ж вовсе позабыли? 

Я верил в правду на земле, 
Я честно мыслил и трудился, 
И что ж? — Морщин лишь на челе 
Я преждевременных добился. 

Не рассветал мой мрачный день, 
Давила жизнь меня сурово, 
И я скитался, точно тень, 
Томимый голодом, без крова. 

Мне жизнь в удел дала нужду 
И веру в счастье надломила. 
Чего же я от жизни жду, - 
Иль вновь моя вернется сила? 

Нет, не воротится она, 
Трудом убита и нуждою, 
Как ночь осенняя, темна 
Дорога жизни предо мною...» 

И вниз глаза он опустил, 
Томяся думой безысходной, 
И грустно взор остановил 
Он на волнах реки холодной. 

И видит он в глуби речной 
Ряд жалких жертв суровой доли, 
Хотевших там найти покой 
От скорби жизненной и боли. 

В их лицах бледных и худых 
Следы страдания и муки, - 
Недвижен взор стеклянный их 
И сжаты судорожно руки. 

Над ними мрачная река 
Неслась и глухо рокотала... 
И сжала грудь ему тоска 
И страхом душу оковала. 

И поднял взор он к небесам, 
Надеясь в них найти отраду; 
Но видит с ужасом и там 
Одну лишь черных туч громаду. 

1875