Ужель не вывезет гнедая 
Страдой навьюченную кладь 
Туда, где дышит голубая 
Приснившаяся благодать? 

Мы, пахари всея России, 
Впряглись недаром в этот воз. 
И пар, весенних дней синее, 
От мокрых вихрится волос. 

Борьба и горечь в каждом взгляде 
И боль всесветная, и страх, 
И радость, — тягостною кладью 
На русских взмыленных плечах. 

Ужель не вывезет родная? 
Заря в глазах — рукой подать. 
Я верю: даже мировая 
Ржаным плечам под силу кладь. 

Мы не останемся в обиде. 
— Не надо неба, дай земли! 
И как отрадно бы увидеть 
Пожары там, где мы прошли. 

Коняга, выворотив ноги, 
Храпит, и огненно в ноздре. 
И кожа содрана в дороге, 
И шея длинная в заре... 

Ужель не вывезет, гнедая? 
Но все равно мне. Я горжусь 
Тобой, коняга мировая, 
Всю землю сдвинувшая Русь! 

1923