Но моя-то память простиралась 
Дальше света в этих небесах. 
Там прочла я правду и старалась 
Проглотить ее холодный страх. 
И теперь, когда тебе открыта 
Голубая рана дней моих, 
Ты-мой воин, ты-моя защита, 
Но земля тесна для нас двоих. 

Не воспеть ни перстня, ни колечка - 
Ничего на память не брала,- 
Только море. Море у крылечка. 
Горсть камней и битого стекла. 
Оттого я так теперь богата, 
Оттого и ты теперь так щедр - 
Медь рассвета, золото заката 
Из твоих неистощимых недр. 
Я не та, кто будет врать бесстыже, 
Подмалевкой жребий свой марать. 
Знаю, знаю, ты намного ближе, 
Чем когда был волен выбирать. 
Ты хранишь меня теперь чудесно - 
Досветла хранишь-и дотемна. 
Знаю, в небе нам с тобой не тесно, 
А земля для нас двоих тесна.