Двор — колодезный сруб, 
каждый кашель — как взрыв. 
На лепешечки рук 
часть лица положив, 
вековал он в окне, 
истязал прохожан, 
как нетающий снег, 
как едучая ржа. 
Засыпаю — торчит, 
высыпаюсь — торчит, 
заклинаю —торчит, 
умираю — торчит! 
Не грызет его рак, 
паралич не бомбит. 
Он маячит, как флаг, 
он устойчив, как быт. 
Занавешу окно, 
замурую окно, 
но ему все равно, 
но ему все равно! 
Он сидит — монолит, 
он молчит — монолит... 
Кто ему, окаянному, 
жить не велит! 

1966