Книг, статуй, гор, огромных городов, 
И цифр, и формул груз, вселенной равный, 
Всех опытов, видений всех родов, 
Дней счастья, мигов скорби своенравной, 

И слов, любовных снов, сквозь бред ночей, 
Сквозь пламя рук, зов к молниям бессменным, 
Груз, равный вечности в уме! — на чьей 
Груди я не дрожал во сне надменном? 

Стон Клеопатр, вздох Федр, мечты Эсфирей, 
Не вы ль влились, — медь в память, — навсегда! 
Где фильмы всей земли кружат в эфире, 
Еще звучат, поют векам — их «да»! 

Взношу лицо; в окно простор звездистый, 
Плечо к плечу, вздох нежный у виска. 
Миг, новый миг, в упор былых вгнездись ты! 
Прибой швырнул на берег горсть песка. 

Сбирай в пригоршни книги, жизни, сны, - 
Своих Голландии в гул морской плотины, - 
Вбирай в мечты все годы, — с крутизны 
Семи холмов покорный мир латины! 

А им, а тем, кто в буйстве ветра ниц 
Клонились, лица — «Страшный суд» Орканий, 
Им — в счет слепот иль — в ряд цветных страниц; 
Горсть на берег, лот в груз живых сверканий! 

10 октября 1921