Не мы ли здесь, о посмотри, 
вон там, окружены песком -- 
по обе стороны скамьи, 
застыв, на берегу морском. 

Все чудится, что рядом ты. 
Все вижу сквозь ненастный вой 
вливающийся в цвет воды 
колеблющийся локон твой. 

Как скрученные кем-то в жгут 
полотна простыней ночных, 
и тучи и валы бегут, 
но разные пути у них. 

Пуст берег, этот край земной, 
где каждый деревянный дом 
маячит за твоей спиной, 
как лодка, что стоит вверх дном. 

И вот уже как будто страх: 
не верится, что дом прирос! 
Но, двери распахнув, рыбак 
мешает повторить вопрос. 

А ветер все свистит, крутя 
столь жаждущих простых границ, 
в сей бредень (или в сеть) дождя 
попавшихся прибрежных птиц, 

Не видно им со стороны -- 
как спинкою своей скамья 
твердит, что мы равны, равны, 
что, может быть, и мы семья. 

Лишь нам здесь — ни сейчас, ни впредь, 
уставившись в пустой песок, 
знак тождества не разглядеть, 
сколоченный из двух досок. 

зима 1962 — 1963