«День черный — пятница_!» — кричит 
Нам суевер, покорный страху, 
И поверяет жизни быт 
По брюсовскому альманаху. 
Счастлизцу каждый день хорош! 
Но кто у счастья в черном теле, 
По неудачам тот и сплошь 
Сочтет семь пятниц на неделе. 

«Уж был я в пятницу дурак!» 
Как, будто в пятницу? «Как в ящик, 
Меня упрятали впросак 
Жена, приятель и приказчик!» 
Мой друг, нейдет попытка в счет: 
Бар многих вижу я отселе, 
У коих дома круглый год 
Твоих семь пятниц на неделе. 

«Женюсь! Нет, путь женатых скользк. 
Подам в отставку! Нет, ни слова! 
В Париж поеду! Нет, в Тобольск! 
Прочту Сенеку! Нет, Графова!» - 
Так завсегда по колесу 
Вертятся мысли в пустомеле, 
Вот что зовется — на часу 
Иметь семь пятниц на неделе. 

Устроив флюгер из пера, 
Иной так пишет, как подует: 
У тех, на коих врал вчера, 
Сегодня ножки он целует. 
Флюгарин иль Фиглярин, тот 
Набил уж руку в этом деле; 
Он и семь совестей сочтет, 
Да и семь пятниц на неделе. 

У должников и знатных бар 
Дню ныне — завтра не наместник: 
День завтра часто очень стар, 
И не упомнишь, чей ровесник; 
Он день отменный, и сравню 
Его я с первым днем в апреле: 
Кто верит завтрашнему дню, 
Тот знай семь пятниц на неделе. 

«Эрнест в бреду: вдруг слезы льет, 
Вдруг пляшет, то клянет, то молит, 
То волоса с себя дерет, 
То он их кудри вьет и холит!» 
Сей бред по имени зови, 
Когда слыхал о хитром Леле; 
Эрнест влюблен, а у любви 
Всегда семь пятниц на неделе. 

Семь пирамид, семь мудрецов 
И семь чудес нам древность славит, 
Владыке снилось семь коров, 
Рим семь холмов подошвой давит, 
Семь городов входили в спор 
О славной грекам колыбеле, 
Да и везде как на подбор 
Семь пятниц на одной неделе. 

Пригнали в пятницу меня 
К брегам попутные желанья; 
Друзья, из буднишнего дня 
Будь праздник светлого свиданья! 
Играй вино на чистом дне, 
Как кровь играет в юном теле! 
О небо, ввек даруй ты мне. 
Таких семь пятниц на неделе.