За что служу я целью мести вашей, 
Чем возбудить могу завистливую злость? 
За трапезой мирской, непразднуемый гость, 
Не обойден ли я пирующею чашей? 
Всмотритесь, истиной прочистите глаза: 
Она утешит вас моею наготою, 
Быть может, язвами, которыми гроза 
Меня прожгла незримою стрелою. 

И что же в дар судьбы мне принесли? 
В раскладке жребиев участок был мне нужен. 
Что? Две-три мысли, два-три чувства, не из дюжин, 
Которые в ходу на торжищах земли, 
И только! Но сей дар вам не был бы по нраву, 
Он заколдован искони; 
На сладость тайную, на тайную отраву 
Ему подвластные он обрекает дни. 

Сей дар для избранных бывает мздой и казнью, 
Его ношу в груди, болящей от забот, 
Как мать преступная с любовью и боязнью 
Во чреве носит тайный плод. 
Еще до бытия приял, враждой закона, 
Он отвержения печать; 
Он гордо ближними от их отринут лона, 
Как бытия крамольный тать. 

И я за кровный дар перед толпой краснею, 
И только в тишине и скрытно от людей 
Я бремя милое лелею 
И промысл за него молю у алтарей. 
Счастливцы! Вы и я, мы служим двум фортунам. 
Я к вашей не прошусь; моя мне зарекла 
Противопоставлять волненью и перунам 
Мир чистой совести и хладный мир чела. 

1828-1829