Мы звезды меняем на птичьи кларнеты  
И флейты, пока еще живы поэты,  
И флейты — на синие щетки цветов,  
Трещотки стрекоз и кнуты пастухов. 

Как странно подумать, что мы променяли  
На рифмы, в которых так много печали,  
На голос, в котором и присвист и жесть,  
Свою корневую, подземную честь. 

А вы нас любили, а вы нас хвалили,  
Так что ж вы лежите могила к могиле  
И молча плывете, в ладьях накренясь,  
Косарь и псалтырщик, и плотничий князь? 

1958