Он у реки сидел на камыше, 
Накошенном крестьянами на крыши, 
И тихо было там, а на душе 
Еще того спокойнее и тише. 
И сапоги он скинул. И когда 
Он в воду ноги опустил, вода 
Заговорила с ним, не понимая, 
Что он не знает языка ее. 
Он думал, что вода — глухонемая 
И бессловесно сонных рыб жилье, 
Что реют над водою коромысла 
И ловят комаров или слепней, 
Что хочешь мыться — мойся, хочешь — пей, 
И что в воде другого нету смысла. 

И вправду чуден был язык воды, 
Рассказ какой-то про одно и то же, 
На свет звезды, на беглый блеск слюды, 
На предсказание беды похожий. 
И что-то было в ней от детских лет, 
От непривычки мерить жизнь годами, 
И от того, чему названья нет, 
Что по ночам приходит перед снами, 
От грозного, как в ранние года, 
Растительного самоощущенья. 

Вот какова была в тот день вода 
И речь ее — без смысла и значенья. 

1954