Когда бъ невежи то побольше разбирали, 
Какъ должно говорить; они бы меньше врали. 
Какой то человекъ. 
Въ какомъ то море тонетъ, 
Окончевастъ векъ, 
Кричитъ и стонетъ. 
Сплетенъ такой расказъ, 
Что будто жестоко Дельфины любятъ насъ: 
Немножко должно мне теперь полицемерить, 
Расказу етому и я хочу поверить:. 
Хочу; 
Я пошлины за то въ казну не заплачу. 
Дельфинъ стенящаго спасаетъ, 
И на спину къ себе бросастъ: 
Мой всадникъ по морю гуляетъ на коне. 
Скажи ты мне, 
Въ какой родился ты стране, 
Дельфинъ ево спросилъ: мой всадникъ отвечаетъ: 
Родился тамо я, а тамъ и тамъ бывалъ, 
Что ведомо ему, тово не забывалъ, 
И Географіи Дельфина научаетъ. 
Дельфинъ ево спросилъ: въ Москве бывалъ ли ты, 
Во обиталищи девичей красоты? 
Въ расказы всадникъ мой гораздо углубился, 
Москвы не зналъ, 
Однако о Москве вздыхая вспоминалъ, 
И говоритъ: онъ тамъ со многими любился. 
Дельфинъ ево спросилъ: известна ли тебе 
Въ россіи Волга? да, я щастья тамъ и боле 
Въ любви имелъ себе. 
Цветовъ колико въ поле, 
Толико тамъ 
Прекрасныхъ дамъ. 
Москвы сей городъ больше вдвое, 
А можетъ быть и втрое. 
На те слова 
Дельфинъ ответствуетъ проворному детине: 
А етотъ городъ, ты со мной въ которомъ ныне. 
Въ которомъ путаетъ безмозгла голова, 
И волги больше вдвое, 
А можетъ быть и втрое, 
А во стенахъ сихъ местъ 
Толико много дамъ, колико въ небе звездъ. 
Собросилъ со спины Дельфинъ сево детину, 
И говорилъ еще: 
Я спасъ тебя вотще; 
Мы возимъ на себе людей, а не скотину.