И вот — опять, 
и вот — вниманье, - 
и вот — метели, стражи стужи. 
Я понимаю, понимаю 
мятущиеся ваши души. 

Когда хлеба ревут: — Мы в теле! 
Я так спокоен, так неспешен. 
Мои костлявые метели 
придут надежно, 
неизбежно. 

Накалом белым, 
как в мартене 
над всей, 
над повседневной сушей! 
Здорово, белые метели, 
мои соратники 
по стуже! 

1962