Ты не спишь, блестящая столица. 
Как сквозь сон, я слышу за стеной 
Звяканье подков и экипажей, 
Грохот по неровной мостовой... 

Как больной, я раскрываю очи. 
Ночь, как море темное, кругом. 
И один, на дне осенней ночи, 
Я лежу, как червь на дне морском. 

Где-нибудь, быть может, в эту полночь 
Праздничные звуки льются с хор. 
Слезы льются — сладострастье стонет - 
Крадется с ножом голодный вор... 

Но для тех, кто пляшет или плачет, 
И для тех, кто крадется с ножом, 
В эту ночь неслышный и незримый 
Разве я не червь на дне морском?! 

Если нет хоть злых духов у ночи, 
Кто свидетель тайных дум моих? 
Эта ночь не прячет ли их раньше, 
Чем моя могила спрячет их! 

С этой жаждой, что воды не просит, 
И которой не залить вином, 
Для себя — я дух, стремлений полный, 
Для других — я червь на дне морском. 

Духа титанические стоны 
Слышит ли во мраке кто-нибудь? 
Знает ли хоть кто-нибудь на свете, 
Отчего так трудно дышит грудь! 

Между мной и целою вселенной 
Ночь, как море темное, кругом. 
И уж если бог меня не слышит - 
В эту ночь я — червь на дне морском! 

1874