Он пальцы свел, как бы сгребая 
Все звуки, — и оркестр затих. 
Взмахнул, и полночь голубая 
Спустилась вновь на нас двоих. 

И снова близость чудной бури 
В взволнованном кипеньи струн, 
И снова молнии в лазури, 
И рыщет по сердцу бурун. 

Он в сонные ворвался бездны 
И тьму родимую исторг. 
О, этот дивный, бесполезный, 
Опустошительный восторг!.. 

К твоим рукам чужим и милым 
В смятеньи льнет моя рука, 
Плывет певучая по жилам 
Тысячелетняя тоска. 

Я вновь создам и вновь разрушу, 
И ты — один, и я — одна... 
Смычки высасывают душу 
До самого глухого дна. 

1916