Я не кланяюсь наглому хаму, 
Не спускаю обид подлецу, 
И с разбойником я не желаю 
Петь, свистеть, говорить по душам. 

У меня — не разбойное дело, 
И не подлая — почва моя, 
И судьба не на хамах воздвиглась, 
А на чести моей и любви. 

Ненавижу (на то моя воля!) 
Трюки лжи, акробатику лести, 
Цирковую улыбку проныры 
И нахала копеечный фарс. 

Божьей волей я сделана крепко, 
У меня—не дырявая крыша, 
У меня — не трухлявые стены, 
Окна светлые, с видом на мир. 

Разве кровельщик мой златоустый, 
Разве мой чудодейственный плотник, 
Разве мой светоносный стекольщик 
Мне позволят распутство и срам — 

Чтобы кланялась наглому хаму, 
А мерзавцу спускала обиды, 
И с разбойником вдруг пожелала 
Петь, свистеть, говорить по душам?