Расцвела чудовищная лилия, - 
Так приметна, что почти груба. 
Серебристым рогом изобилия 
Вывернулась изнутри себя, 

Чтобы все накопленное вытряхнуть, 
Все росинки ночи и зари, 
И тычинками на волю вытолкнуть 
Аромат, свернувшийся внутри. 

Лилия — я всю ее прослушала - 
Больше, чем я знаю, глубока! 
Точно звуки из рожка пастушьего, 
Тянутся тычинки из цветка. 

Желтыми пушистыми указками 
В русло направляют аромат. 
А иначе — в день глухой и пасмурный 
Он бы шел без русла, наугад: 

Уходил бы от немногих любящих, 
Приходил туда, куда не ждут, 
Нежный как душа, ходил бы в рубище, 
Плача, ел бы камень, пил мазут. 

И наверно, это только чудится, 
Что ничей он, что он сам собой: 
Он и перед смертью не заблудится, 
А вернется в лилию, домой.