Окрестности, пригород — как этот город зовется? 
Окрестности, пригород — как этот город зовется? 
И дальше уедем, и пыль за спиною завьется. 
И что-то нас гонит все дальше, как страх или голод, - 
окрестности, пригород, город — как звать этот город? 
Чего мы тут ищем? У нас опускаются руки. 
Нельзя возвращаться, нельзя возвращаться на круги. 
Зачем нам тот город, встающий за клубами пыли, - 
тот город, те годы, в которых мы молоды были? 
Над этой дорогой трубили походные трубы. 
К небритым щекам прикасались горячие губы. 
Те губы остыли, те трубы давно оттрубили. 
Зачем нам те годы, в которых мы молоды были? 
Но снова душа захолонет и сердце забьется - 
вон купол и звонница — как эта площадь зовется? 
Вон церковь, и площадь, и улочка — это не та ли? 
Не эти ли клены над нами тогда облетали? 
Но сад затерялся среди колоколен и башен. 
Но дом перестроен, но старый фасад перекрашен. 
Но тех уже нет, а иных мы и сами забыли, 
лишь память клубится над ними, как облачко пыли. 
Зачем же мы рвемся сюда, как паломники в Мекку? 
Зачем мы пытаемся дважды войти в эту реку? 
Мы с прошлым простились, и незачем дважды прощаться. 
Нельзя возвращаться на круги, нельзя возвращаться. 
Но что-то нас гонит все дальше, как страх или голод, - 
окрестности, пригород, город — как звать этот город? 

1982