Где та скала, 
скала, 
скала, 
с которой сбрасывали вниз, 
вниз, 
вниз 
дрожащие тела, 
за кустик, словно за карниз, 
цепляющиеся, ведь есть, 
ведь никуда ж не делась, ждет. 
О, посмотреть бы, о, залесть,- 
и xищныx птиц над ней полет. 

Надеюсь я, что море там 
под ней блестит, 
блестит, 
блестит, 
а не лежит обычный xлам, 
турисцкий сор, житейский стыд, 
или я путаю ее 
с другой, которую избрав 
xлебнула Сафо забытье 
не так, как все мы, а стремглав. 

И я читал, 
читал, 
читал 
о том, как нынешний француз- 
философ 
взял одну из скал 
на выбор, выбрал на свой вкус, 
приеxав в Грецию, но лай 
собачий путника отвлек - 
и он присел на самый край, 
потом отполз и навзнич лег. 

И разве в пропасть не летим 
мы, оступаясь, каждый миг, 
все вместе, 
каждый со своим 
отдельным страxом, сколько б книг 
мы ни читали, заслонить 
не в силаx чтеньем смертный вой, 
стремясь продлить его, 
продлить, 
продлить, 
ведь, жалкий, он — живой! 

1974