Я замолчу, в любови разуверясь, — 
Она ушла по первому снежку, 
Она ушла — какая чушь и ересь 
в мою полезла смутную башку. 

Хочу запеть, но это словно прихоть, 
Я как не я, и всё на стороне, — 
Дымящаяся папироса, ты хоть 
Пойми меня и посоветуй мне. 

Чтобы опять от этих неполадок, 
Как раньше, не смущаясь ни на миг, 
Я понял бы, что воздух этот сладок, 
Что я во тьме шагаю напрямик. 

Что не пятнал я письма слёзной жижей 
И наволочек не кусал со зла, 
Что всё равно мне, смуглой или рыжей, 
Ты, в общем счёте подлая, была. 

И попрощаюсь я с тобой поклоном. 
Как хорошо тебе теперь одной — 
На память мне флакон с одеколоном 
И тюбики с помадою губной. 

Мой стол увенчан лампою горбатой, 
Моя кровать на третьем этаже. 
Чего ещё? — Мне только двадцать пятый, 
Мне хорошо и весело уже. 

1933