То летняя ночь, июньская ночь была,  
Когда они оба под старыми липами бродили - 
Казенная спутница страсти по небу плыла 
Луна неизбежная… Тихо листы говорили - 
Всё было как следует, так, как ведется всегда,  
Они только оба о вздоре болтали тогда. 
Две тени большие, две тени по старой стене 
За ними бежали и тесно друг с другом сливались. 
И эти две тени большие — молчали оне,  
Но, видно затем, что давно уж друг другу сказались; 
И чуть ли две тени большие в таинственный миг 
Не счастливей были, умней быть ли не были их. 
Был вечер тяжелый и душный… и вьюга в окно 
Стучала печально… в гостинной свеча нагорела - 
Всё было так скучно, всё было так кстати темно - 
Лицо ее ярким румянцем болезни алело; 
Он был, как всегда, и насмешлив, и холодно зол,  
Зевая, взял шляпу, зевая, с обычным поклоном ушел. 
И только… Он ей не сказал на разлуку прости,  
Комедией глупой не стал добиваться признанья,  
И память неконченной драмы унес он в груди... 
Он право хотел сохранить на хулу и роптанье - 
И долго, и глупо он тешился праздной хулой,  
Пока над ним тешился лучше и проще другой. 

Июль 1846