ГОРЕСТНАЯ ОДА СЧАСТЛИВОМУ ЧЕЛОВЕКУ 

Посвящается Петру Григорьевичу Григоренко 

Когда хлестали молнии в ковчег, 
Воскликнул Ной, предупреждая страхи: 
«Не бойтесь, я счастливый человек, 
Я человек, родившийся в рубахе!» 

Родившийся в рубахе человек! 
Мудрейшие, почтеннейшие лица 
С тех самых пор, уже который век, 
Напрасно ищут этого счастливца. 

Который век все нет его и нет, 
Лишь горемыки прут без перебоя, 
И горячат умы, и застят свет, 
А Ной наврал, как видно, с перепоя! 

И стал он утешеньем для калек, 
И стал героем сказочных забавок, – 
Родившийся в рубашке человек, 
Мечта горластых повивальных бабок! 

А я гляжу в окно на грязный снег, 
На очередь к табачному киоску, 
И вижу, как счастливый человек 
Стоит и разминает папироску. 

Он брал Берлин! Он, правда, брал Берлин, 
И врал про это скучно и нелепо, 
И вышибал со злости клином клин, 
И шифер с базы угонял «налево». 

Вот он выходит в стужу из кино, 
И сам не зная про свою особость, 
Мальчонке покупает «эскимо», 
И лезет в переполненный автобус. 

Он водку пил и пил одеколон, 
Он песни пел и женщин брал нахрапом! 
А сколько он повкалывал кайлом! 
А сколько он протопал по этапам! 

И сух был хлеб его, и прост ночлег! 
Но все народы перед ним – во прахе. 
Вот он стоит – счастливый человек, 
 
Родившийся в  

смирительной 

рубахе!