Опять к любимым мелочам, 
Я думал, жизнь меня принудит: 
К привычным песням и речам... 

Но сны мрачны, и по ночам 
Меня невольный трепет будит. 
Хочу забыть, — забыть нельзя. 

Во мраке лики роковые 
Стоят, насмешливо грозя, 
И кровью залита стезя, 
Твоя, — скорбящая Россия! 

Мысль говорит: «Твоих стихов 
Что голос, еле слышный, может? 
Вернись к напевам прежних строф!» 
Но, словно гул колоколов, 
Призыв таинственный тревожит. 

9 декабря 1915