Младенец, Мария, Иосиф, цари, 
скотина, верблюды, их поводыри, 
в овчине до пят пастухи-исполины 
— все стало набором игрушек из глины. 

В усыпанном блестками ватном снегу 
пылает костер. И потрогать фольгу 
звезды пальцем хочется; собственно, всеми 
пятью — как младенцу тогда в Вифлееме. 

Тогда в Вифлееме все было крупней. 
Но глине приятно с фольгою над ней 
и ватой, разбросанной тут как попало, 
играть роль того, что из виду пропало. 

Теперь ты огромней, чем все они. Ты 
теперь с недоступной для них высоты 
— полночным прохожим в окошко конурки -- 
из космоса смотришь на эти фигурки. 

Там жизнь продолжается, так как века 
одних уменьшают в объеме, пока 
другие растут — как случилось с тобою. 
Там бьются фигурки со снежной крупою, 

и самая меньшая пробует грудь. 
И тянет зажмуриться, либо — шагнуть 
в другую галактику, в гулкой пустыне 
которой светил — как песку в Палестине. 

декабрь 1991 

* Presepio: ясли (итал.). (прим. в СИБ) 

Комментарии

Популярные темы