Ночь, одержимая белизной 
кожи. От ветреной резеды, 
ставень царапающей, до резной, 
мелко вздрагивающей звезды, 
ночь, всеми фибрами трепеща 
как насекомое, льнет, черна, 
к лампе, чья выпуклость горяча, 
хотя абсолютно отключена. 
Спи. Во все двадцать пять свечей, 
добыча сонной белиберды, 
сумевшая не растерять лучей, 
преломившихся о твои черты, 
ты тускло светишься изнутри, 
покуда, губами припав к плечу, 
я, точно книгу читая при 
тебе, сезам по складам шепчу.