В промокших дырявых онучах, 
В лохмотья худые одет, 
Сквозь ельник, торчащий на кручах, 
С сумой пробирается дед. 

Прибилися старые ноги,  
Ох, сколько исхожено мест!  
Вот холмик у самой дороги,  
Над ним — покосившийся крест. 

«Могилку какого бедняги  
Кругом обступили поля?  
И где для меня, для бродяги,  
Откроет объятья земля?» 

Вперед на дымки деревушки  
Идет старичок чрез овраг.  
Над крышею крайней избушки  
Кумачный полощется флаг. 

Плакат на стене с пьяной рожей  
Царя, кулака и попа.  
«Час добрый!» 
«Здорово, прохожий!»  
Вкруг деда сгрудилась толпа. 

«Пожалуй-ка, дед, на ночевку».  
«Видать, что измаялся ты». 
«Куда я пришел?» 
«В Пугачевку», 
«А тут?» 
«Комитет бедноты». 

Прохожему утром — обновка,  
Одет с головы и до ног:  
Рубаха, штаны и поддевка,  
Тулуп, пара добрых сапог. 

«Бери! Не стесняйся! Чего там!  
Бог вспомнил про нас, бедняков.  
Была тут на днях живоглотам  
Ревизия их сундуков». 

Надевши тулуп без заплатки,  
Вздохнул прослезившийся дед:  
«До этого места, ребятки.  
Я шел ровно семьдесят лет!» 

1918