Я помню: согбенный позором, 
Снегов альпийских белей, 
Склонился под огненным взором, 
Под взором моим Галилей. 

И взгляд я отвел в раздумье, 
И руки сжал на кресте. 
Ты прав, несчастный безумец, 
Но гибель в твоей правоте. 

Ты сейчас отречешься от мысли, 
Отрекаться будешь и впредь. 
Кто движенье миров исчислил, 
Будет в вечном огне гореть. 

Что дадите вы жалкой черни? 
Мы даем ей хоть что-нибудь. 
Всё опасней, страшней и неверней 
Будет избранный вами путь. 

Вы и сами начнете к Богу 
В неизбывной тоске прибегать. 
Разум требует слишком много, 
Но не многое может дать. 

Затоскуете вы о чуде, 
Прометеев огонь кляня, 
И осудят вас новые судьи 
Беспощадней в стократ, чем я. 

Ты отрекся, не выдержал боя, 
Выходи из судилища вон. 
Мы не раз столкнемся с тобою 
В повтореньях и смуте времен. 

Я огнем, крестом и любовью 
Усмиряю умов полет, 
Стоит двинуть мне хмурой бровью, 
И тебя растерзает народ. 

Но сегодня он жжет мне руки, 
Этот крест. Он горяч и тяжел. 
Сквозь огонь очистительной муки 
Слишком многих я в рай провел. 

Солнца свет сменяется мглою, 
Ложь и истина — всё игра. 
И пребудет в веках скалою 
Только Церковь Святого Петра. 

1948 год