Проснись, пифииского поэта древня лира, 
Вещательница дел геройских, брани, мира! 
Проснись — и новый звук от струн твоих издай 
И сладкою своей игрою нас пленяй - 
Исполни дух святым восторгом! 

Как лира дивная небесного Орфея, 
Гремишь ли битвы ты — наперсники Арея 
Берутся за мечи и взорами грозят; 
Их бурные кони ярятся и кипят, 
Крутя свои волнисты гривы. 

Поешь ли тишину — гром Зевса потухает; 
Орел, у ног его сидящий, засыпает, 
Вздымая медленно пернатый свой хребет; 
Ужасный Марс свой меч убийственный кладет 
И кротость в сердце ощущает. 

Проснись! и мир воспой блаженный, 
благодатный; 
Пусть он слетит с небес, как некий бог 
крылатый, 
Вечнозеленою оливою махнет, 
Брань страшную с лица вселенной изженет 
И примирит земные роды! 

Где он — там вечное веселье обитает, 
Там человечество свободно процветает, 
Питаясь щедростью природы и богов; 
Там звук не слышится невольничьих оков 
И слезы горести не льются. 

Там нивы жатвою покрыты золотою; 
Там в селах царствует довольство с тишиною; 
Спокойно грады там в поля бросают тень; 
Там счастье навсегда свою воздвигло сень: 
Оно лишь с миром сопряженно. 

Там мирно старец дней закатом веселится, 
Могилы на краю — неволи не страшится; 
Ступя ногою в гроб — он смотрит со слезой, 
Унылой, горестной, на путь скончанный свой 
И жить еще — еще желает! 

Там воин, лишь в полях сражаться 
приученный, 
Смягчается — и меч, к убийству изощренный, 
В отеческом дому под миртами кладет; 
Блаженство тишины и дружбы познает, 
Союз с природой обновляет. 

Там музы чистые, увенчанны оливой, 
Веселым пением возносят дни счастливы; 
Их лиры стройные согласнее звучат; 
Они спокойствие, не страшну брань гласят, 
Святую добродетель славят! 

Слети, блаженный мир?- вселенная 
взывает - 
Туда, где бранные знамена развевают; 
Где мертв природы глас и где ее сыны 
На персях матери сражаются, как львы; 
Где братья братьев поражают. 

О страх!.. Как яростно друг на друга 
стремятся! 
Кони в пыли, в поту свирепствуют, ярятся 
И топчут всадников, поверженных во прах; 
Оружия гремят, кровь льется на мечах, 
И стоны к небесам восходят. 

Тот сердца не имел, от камня тот родился, 
Кто первый с бешенством на брата устремился... 
Скажите, кто перун безумцу в руки дал 
И жизни моея владыкою назвал, 
Над коей я и сам не властен? 

А слава?. Нет! Ее злодей лишь в брани 
ищет; 
Лишь он в стенаниях победны гимны слышит. 
В кровавых грудах тел трофеи чести зрит; 
Потомство извергу проклятие гласит, 
И лавр его, поблекши, тлеет. 

А твой всегда цветет, о росс великосердый, 
В пример земным родам судьбой превознесенный! 
Но время удержать орлиный твой полет; 
Колосс незыблем твой, он вечно не падет; 
Чего ж еще желать осталось? 

Ты славы путь протек Алкидовой стопою, 
Полсвета покорил могучею рукою; 
Тебе возможно все, ни в чем препоны нет: 
Но стой, росс! опочий — се новый век грядет! 
Он мирт, не лавр тебе приносит. 

Возьми сей мирт, возьми и снова будь 
героем,- 
Героем в тишине, не в кроволитном бое. 
Будь мира гражданин, венец лавровый свой 
Омой сердечною, чувствительной слезой, 
Тобою падшим посвященной! 

Брось палицу свою и щит необоримый, 
Преобрази во плуг свой меч несокрушимый; 
Пусть роет он поля отчизны твоея; 
Прямая слава в ней, лишь в ней ищи ея; 
Лишь в ней ее обресть ты можешь. 

На персях тишины, в спокойствии 
блаженном, 
Цвети, с народами земными примиренный! 
Цвети, великий росс!- лишь злобу поражай, 
Лишь страсти буйные, строптивы побеждай 
И будь во брани только с ними. 

Конец 1800