О Нина, о мой друг! ужель без сожаленья 
Покинешь для меня и свет и пышный град? 
И в бедном шалаше, обители смиренья, 
На сельский променяв блестящий свой наряд, 
Не украшенная ни златом, ни парчою, 
Сияя для пустынь невидимой красою, 
Не вспомнишь прежних лет, как в городе цвела 
И несравненною в кругу Прелест слыла? 

Ужель, направя путь в далекую долину, 
Назад не обратишь очей своих с тоской? 
Готова ль пренести убожества судьбину, 
Зимы жестокий хлад, палящий лета зной? 
О ты, рожденная быть прелестью природы! 
Ужель, затворница, в весенни жизни годы 
Не вспомнишь сладких дней, как в городе цвела 
И несравненною в кругу Прелест слыла? 

Ах! будешь ли в бедах мне верная подруга? 
Опасности со мной дерзнешь ли разделить? 
И, в горький жизни час, прискорбного супруга 
Усмешкою любви придешь ли оживить? 
Ужель, во глубине души тая страданья, 
О Нина! в страшную минуту испытанья 
Не вспомнишь прежних лет, как в городе цвела 
И несравненною в кругу Прелест слыла? 

В последнее любви и радостей мгновенье, 
Когда мой Нину взор уже не различит, 
Утешит ли меня твое благословенье 
И смертную мою постелю усладит? 
Придешь ли украшать мой тихий гроб цветами? 
Ужель, простертая на прах мой со слезами, 
Не вспомнишь прежних лет, как в городе цвела 
И несравненною в кругу Прелест слыла? 

1808