В столовой нет отлик местам. 
Как повар твой ни будь искусен, 
Когда сажаешь по чинам, 
Обед твой лакомый невкусен. 
Равно что верх стола, что низ, 
Нет старшинства у гастронома: 
Куда попал, тут и садись, 
Я и в гостях хочу быть дома. 

Простор локтям: от тесноты 
Не рад и лучшему я блюду; 
Чем дале был от красоты, 
Тем ближе к ней я после буду. 
К чему огромный ряд прикрас 
И блюда расставлять узором? 
За стол сажусь я не для глаз 
И сыт желаю быть не взором. 

Спаси нас, боже, за столом 
От хлопотливого соседа: 
Он потчеваньем, как ножом, 
Пристанет к горлу в час обеда. 
Не в пору друг тошней врага! 
Пусть каждый о себе хлопочет 
И, сам свой барин и слуга, 
По воле пьет и ест как хочет. 

Мне жалок пьяница-хвастун, 
Который пьет не для забавы: 
Какой он чести ждет, шалун? 
Одно бесславье пить из славы. 
На ум и взоры ляжет тьма, 
Когда напьешься без оглядки, - 
Вино пусть нам придаст ума, 
А не мутит его остатки. 

Веселью будет череда; 
Но пусть и в самом упоенье 
Рассудка легкая узда 
Дает веселью направленье. 
Порядок есть душа всего! 
Бог пиршеств по уставу правит; 
Толстой, верховный жрец его, 
На путь нас истинный наставит: 

Гостеприимство — без чинов, 
Разнообразность — в разговорах, 
В рассказах — бережливость слов, 
Холоднокровье — в жарких спорах, 
Без умничанья — простота, 
Веселость — дух свободы трезвой, 
Без едкой желчи — острота, 
Без шутовства — соль шутки резвой. 

1817